Человек с аутизмом видит мир таким, какой он есть

Человек с аутизмом видит мир таким, какой он есть.

Игорь Шпицберг, руководитель Центра реабилитации инвалидов детства «Наш солнечный мир», член правления международной ассоциации Autism Europe:

– Я начал заниматься этой проблематикой в 1989 году. Мне было 19 лет, хотелось посвятить себя чему-то полезному. Случайно познакомился с двумя женщинами, которые мечтали создать что-то типа экологической загородной базы, на которой урбанизированные школьники могли бы общаться с животными: собаками, лошадями. Идея меня вдохновила. Уже через год вместе мы поехали в Польшу к Марианну Ярошевскому. Этот выдающийся олигофрено-педагог, сын главного психиатра Польши, был создателем иппотерапевтического движения в Польше – лечебной верховой езды. Оттуда-то мы и привезли иппотерапию в Россию. Первый год наш центр был чисто иппотерапевтическим.

Но уже в 1992 году мы провели первый в истории России реабилитационно-инклюзивный лагерь. К нам приехали и больные, и здоровые дети, и с аутизом, и с умственной отсталостью. Собственно, с этого лагеря всё и началось. Необходимость создания некой комплексной реабилитационной программы стала очевидна именно тогда. Дело в том, что нет одного метода (какой бы чудесный он ни был), который помогал бы ребенку полноценно развиваться. Методов должно быть множество, особенно если речь идет о реабилитации. Создание комплексной реабилитации – это основной мировой тренд. А мы начали свои шаги в этой области как раз 25 лет назад.

Не знаю почему, но меня тогда заинтересовал аутизм. Казалось, что это самое загадочное заболевание. Хотелось как-то понять этих детей. Кроме прочего, в тот год я женился на женщине с ребенком. Ему было 2,5 года и он оказался ребенком с аутизмом. Так в моем доме, – мистика какая-то, – неожиданно появился такой ребенок. К моему чисто профессиональному интересу добавился родительский.


Дэвид Митчелл: чему меня научил аутизм моего сына

Дэвид Митчелл: чему меня научил аутизм моего сына

Путь к пониманию аутизма еще не завершен, он извилист и испещрен камнями преткновения, первый из которых — это вопрос, который изменил мою жизнь как отца в 2008 году: «Что же такое аутизм?» Моему сыну было три года, когда ему поставили диагноз, но аутизм яростно противится любому определению. Наберите в Google синдром Дауна или болезнь Паркинсона, и вы получите общепринятый и согласованный набор причин и критериев. Наберите в Google аутизм, и вы получите ящик Пандоры, минное поле, научные труды и словесную перепалку. Несмотря на преобладание таких фраз, как «эпидемия аутизма» и рекомендуемое «лечение», аутизм не болезнь — (заболевание, спровоцированное известным биологическим фактором). Это синдром — скопление симптомов, либо расстройство, связанное с ними. Эти симптомы охватывают огромную и запутанную территорию: нарушение коммуникативных и социальных навыков, спутанная сенсорная обработка, замедленное возрастное развитие, слабая моторика, избегание зрительного контакта, склонность к повторяющимся действиям, кружению и раскачиванию. Некоторые из них были заметны в моем сыне, а многие нет.

Еще больше нас запутали два самых известных фильма про аутизма в современной культуре: «Человек дождя», 1988 года и прекрасная повесть Марка Хэддона 2003 года «Загадочное ночное убийство собаки», в которых показан не обычный аутизм, а синдром Аспергера. Будет ли наш сын как ученый Дастина Хоффмана или как юный математик Хэддона? Не похоже на то. Но если не похож на них, то на кого? Ответа не было, и попытки заглянуть в будущее моего сына казались настолько же бесперспективно, насколько они были удручающими и невозможными.


Дети с особенностями здоровья покорили Эльбрус

Дети с особенностями здоровья покорили Эльбрус

Девочка без ноги и двое подростков с особенностями ментального здоровья отправились в горы. Эти дети преодолели такие вершины, о которых другие и помыслить не могут

Анжела гордится, что ей дали возможность дойти до Эльбруса. «В нашем детском доме есть огромная доска почета, на ней уже нет свободного места – столько разных дипломов и наград у наших детей, – рассказывает Михаил Маслов, директор Филимонковского детского дома. – Клеим новые дипломы на старые, как символ новых побед».

И Анжела с гордостью поместила свой диплом о восхождении на свой предыдущий – заметив, что эта вершина перекрывает все прежние достижения.

А еще она спросила, кому она должна передать эстафету. “А можно никому? Можно я снова пойду – и дойду до вершины?”»

За восхождением следили тысячи людей в соцсетях, зрители 1 телеканала, который давал репортажи с места событий. Такое по плечу не каждому, и вот с покорением вершины справились юноша и две девушки, которым было очень непросто на этом пути.

«Преодоление – это, конечно, самое главное. Потому что у ребят есть много внутри страхов, неуверенности в себе. У нас не было цели дойти до вершины Эльбруса. Цель была –  покорить свои страхи. У каждого своя высота», – говорит учредитель благотворительного фонда «Жизнь в движении» Наталья Шагинян-Нидым.


Картины 15-летнего мальчика с аутизмом стали вдохновением для нового бизнеса.

Картины 15-летнего мальчика с аутизмом стали вдохновением для нового бизнеса.

Яркие картины украшают дом Хариша и Сандхии Бикмал, пары, живущей в Ашберне с двумя сыновьями-подростками.

Их старший сын Сакет, 17 лет блестящий ученик старших классов в Старшей Школе Технических и Прикладных Наук Томаса Джефферсона в Александрии. 15-летний Химал, в следующем году пойдет в Старшую Школу Брайар Вудс. В возрасте 2 лет ему был поставлен диагноз тяжелой формы аутизма.


10 главных фильмов про аутизм.

В кино люди с этим диагнозом похищают правительственные коды, помогают в расследованиях, а еще влюбляются, в одиночку воспитывают детей, становятся учеными или просто пытаются жить как обычные люди. Перед вами 10 обязательных к просмотру фильмов.

Фильм «Антон тут рядом».

Как почувствовать боль другого человека? Герой этой картины — мальчик-аутист. Он живет между облупленной квартирой на окраине большого города и больницей для умалишенных. В поле зрения камеры Антон попадает в том момент, когда не сегодня-завтра он станет пациентом психоневрологического интерната — места, где люди с таким диагнозом, как у него, долго не живут. Автор — камера — герой. Расстояние между ними с каждой минутой сокращается, автору приходится войти в кадр и стать действующим лицом этой истории. Но это история не о том, как один человек помог другому человеку, а о том, как один человек узнал себя в другом. О том, что в каждом из нас живет Другой, которого ежедневно приходится убивать в себе, чтобы выжить…


Яндекс.Метрика